Вы находитесь здесь: Главная > Пчелиная семья > Пчелы могут воровать мед

Пчелы могут воровать мед

Луговой василек - прекрасный нектаронос

Луговой василек — прекрасный нектаронос

Любое, даже самое незна­чительное вмешательство в гнездо пчел нарушает гармо­нию жизни семьи, сбивает ритм всех работ в улье и поле: пчелы-кормилицы на какое-то время прекращают уход за расплодом, гроздья пчел-строительниц (в гроздьях им лег­че поддерживать более высокую, чем в улье, температуру, необходимую для интенсивного выделения воска и размяг­чения восковых пластинок) распадаются, матка остается без свиты, уходит в глубь улья и на некоторое время прекраща­ет класть яйца (особенно пугливы матки среднерусской породы), лёт пчел за нектаром резко падает, ослабляется охрана летка.

Такое поведение семьи вполне естественно. Все жиз­ненные процессы пчел в гнезде протекают почти при пол­ном мраке. Только через леток к ним проникает свет, и то очень слабый, отраженный. С открытием же улья освещает­ся все гнездо и не отраженным светом, а прямыми лучами. Действие света, а также само вторжение в гнездо расстраи­вает жизнь семьи. Это состояние может быть кратковременным и поверхностным, то есть захватывать небольшие группы пчел, если гнездо открывают лишь частично и на корот­кое время, и глубоким, захватывающим всю семью надол­го. В последнем случае бывает виноват пчеловод, который выполнял операции неквалифицированно: гнездо открывал на длительное время, в нем порой ради простого любопыт­ства делал перемещение рамок, не вызываемое никакой не­обходимостью.

Повышенная злобливость такой семьи сохраняется порой несколько дней после вмешательства.

Из открытого улья идет сильный медовый запах. Пче­лы, характеризующиеся особой предприимчивостью в оты­скании корма, чувствуют его за десятки, а при ветре и за сотни метров. Если в это время в природе нет взятка или он слабый (что бывает чаще), пчелы, пролетающие мимо открытого улья, сейчас же меняют свое направление и уст­ремляются на аромат. Так как осматриваемая семья дезор­ганизована, они легко проникают в ее гнездо, с жадностью напиваются медом. С украденной ношей пчелы-воровки воз­вращаются в свое гнездо, предварительно запомнив и заме­тив место нахождения чужого улья (пчела-воровка, пере­полненная медом, с трудом поднимается в воздух и для за­поминания делает несколько спиралеообразных витков, с каждым разом увеличивая их диаметр). Одновременно они оставляют след-ориентир, своеобразную запахограмму, по которой другие пчелы могут быстро отыскать источник корма.

Не пройдет и нескольких минут, как эта воровка вновь появится около того же улья, но уже не одна. С ней вместе и даже раньше ее прилетят десятки других пчел, которым она сообщила о своей добыче, и все они настойчиво будут пы­таться проникнуть в улей. И пусть он в это время будет уже закрыт, жажда пробраться к запасам меда у них от этого не уменьшается. Воровки долго и настойчиво облетывают улей, стараясь отыскать в нем хоть какую-нибудь лазейку, не ох­раняемую пчелами. Не найдя ее, они устремляются к летку. Если в семье к этому времени не восстановится нормаль­ная жизнедеятельность и леток будет оставаться плохо за­щищенным, они, не встретив должного сопротивления пчел-хозяев, проникают в гнездо и через тот же леток уходят с похищенным медом.

С каждым разом число прилетающих пчел-воровок резко возрастает. Обворовываемая семья как бы спохваты­вается и вступает в борьбу. Пчелы-хозяева встречают воро­вок как врагов и не только стараются не пустить их к себе, но и сами набрасываются на них, пуская в ход жало.

Воровки, если натиск их сильнее стоящей у летка ох­раны, прорывают оборону и вторгаются в улей. Борьба пере­носится внутрь жилища. В ходе битвы, если напавшие пре­восходят по силе обороняющихся, как правило, гибнет мат­ка. Осиротевшие пчелы перестают оказывать сопротивле­ние. Им ничего более не остается, как сложить оружия и сдаться.

У семьи, подвергшейся разграблению, ослабленной в борьбе и потерявшей матку, все инстинкты, кроме одно­го — инстинкта самосохранения, — оказываются подавлен­ными. Уцелевшим пчелам, разумеется, не до вывода матки и образования новой семьи. Они, как пленники, подчиня­ются воле победителей, наполняют зобики своим же медом и уносят его в гнездо врагов. Там они и остаются. Семья прекращает самостоятельное существование.

Но на этом трагедия не заканчивается. Возбужденные легкой добычей меда, воровки набрасываются на соседние ульи, не останавливаясь ни перед какими препятствиями на пути к чужим медовым кладам. Это парализует лётную деятельность семей, приводит к гибели многих пчел, всту­пивших в смертельную схватку с воровками. Семьи, кото­рые не могут противостоять нападу, разграбляются.

Гул ворующих пчел, ароматическая дорога, которую прокладывают пчелы с помощью довольно стойких паху­чих веществ, сильный запах переносимого ими меда воз­буждают другие семьи, и они уже по проложенной «медовой трассе» устремляются за добычей. Воровство охватывает всю пасеку.

Намного легче предупредить воровство пчел, чем с ним бороться. Когда оно перерастает в напад, погасить его труд­но, а порой и невозможно.

Пчелы, вторгаясь в чужие гнезда, становятся распро­странителями инфекции, если они несут ее на своем теле. Чаще же бывает наоборот, они сами заражаются, напиваясь меда, соприкасаясь с чужим инфицированным гнездом и пчелами. Возвращаясь домой, они заносят заразные начала.

Пчелиное воровство — страшный бич. В возникнове­нии и развитии его всегда бывает виноват пчеловод, пасека которого подвергается нападению. Драматических послед­ствий может и не быть, если соблюдать следующие прави­ла:

не открывать гнезда полностью, особенно в безвзяточную пору;

вторгаться в жизнь семьи только при крайней необходимости;

держать летки открытыми соразмерно с силой семьи;

не ронять ни капли меда при отборе его из ульев, соты с медом тщательно укрывать от пчел;

следить за тем, чтобы в гнездах постоянно были большие запасы меда;

помнить, что подкормки сильно возбуждают семьи и прив­лекают пчел-воровок.

Лучше корма пополнять на ночь или в нелётную погоду.

Жертвами напада пчел-воровок чаще становятся сла­бые семьи, а также больные нозематозом, варроатозом, браулезом, безматочные или с маточниками, которые не в силах организовать надежную защиту своих жилищ.

У того, кто до мельчайших подробностей познает осо­бенности поведения пчел, умело станет обращаться с ними и своим вмешательством будет улучшать, а не ухудшать ус­ловия их жизни, пчелы будут хорошо водиться и собирать много меда.

В естественных условиях обитания медоносных пчел, по наблюдениям пчеловодов-бортников, воровства не быва­ет, так как одна семья от другой обычно поселяется на зна­чительном расстоянии. Они неоднократно находили запол­ненные медом дупла, покинутые пчелами, видимо, из-за не­достатка места для размножения. Запасы меда годами оста­вались нетронутыми.

На пасеках, где семьи живут близко друг к другу, осо­бенно на открытой местности, разведчицы привлекаются сильным медовым ароматом. Ульевой запах сильнее расп­ространяется во время работы пчел-вентиляторщиц в жар­кое время и при выпаривании воды из нектара. Не случай­но поэтому пчеловоды выбирают такие места под пасеки, где ульи были бы затенены, и пчел содержат в просторных вертикальных гнездах. Такие гнезда менее прогреваются, в них проще устроить дополнительную вентиляцию. Из них теплый воздух удаляется самопроизвольно, а не сильной струей под напором пчел-вентиляторщиц.

На открытых местах возле ульев для затенения забла­говременно высевают быстро растущие высокие растения — подсолнечник, кукурузу, мальву.

На благоустроенных пасеках у опытных пчеловодов пчелиное воровство возникает в исключительных случаях.

Разобраться в особенностях жизни пчелиной семьи, осмыслить все стороны ее деятельности, научиться управ­лять ее инстинктами (проявление одних усиливать, других ослаблять), даже если это будет во вред семье, но на пользу человеку — одна из важнейших задач пчеловода.

В этом заключается главный секрет работы с пчела­ми, основа основ практического пчеловодства.

Оценка статьи
Слабенькая статья!Так себе статья!Неплохая статья!Хорошая статья!Отличная статья!

Просмотров: 1 771

Метки:

Оставить комментарий